Борис и глеб первые русские святые, житие, икона благоверных князей, где икона, памятник, когда праздник и где храм первых святых на руси

Борис и Глеб — первые русские святые

Святая Русь всегда была благодатной почвой для возникновения великих и благородных мужей, на которой родились, выросли и приняли мученическую смерть первые русские святые Борис и Глеб.

Всей своей короткой, но благочестивой жизнью они продемонстрировали людям, как стоит принимать Божию волю.

Памятные даты:

— 2 мая – перенос в 1115 году мощей в усыпальницу новой церкви;

— 24 июля – смерть князя Бориса и совместный праздник святых братьев;

— 5 сентября – день памяти князя Глеба.

Житие Бориса и Глеба

Во времена, когда Русь еще была языческим государством и погрязла в идолопоклонничестве и жертвоприношениях, у князя Киевского Владимира и его болгарской супруги Милолики, в 986 — 987 годах родилось двое сыновей – Борис и Глеб.

На то время, у любвеобильного князя это был не первый языческий брак, и детей он имел множество. Так что братья Борис и Глеб были не первыми по рождению, и не имели право претендовать на великое правление. Первыми претендентами на княженье были старшие сыновья Владимира – Ярослав и Святополк, последний был усыновленным, но названным родным сыном.

Жизнь князя Владимира была насыщена постоянными военными компаниями, которые оканчивались победами и присоединением земель. Так в 988 году князь Киевский развязал русско-византийскую войну и начал осаду православного города Корсунь. Этот поход ознаменовался победой и женитьбой князя на Анне, сестре византийских императоров.

Обратите внимание

Единственным условием для женитьбы, которое выставила Анна, было отрешение князя Владимира от поклонения языческим богам и сердечное принятие православия. Князь Владимир принял эти условия, и во время возвращения в Киев был крещен именем Василий.

После чего в 989 году князь организовал крещение всех своих детей, где сыновья Борис и Глеб приняли христианские имена Давид и Роман.

Любимые сыновья Владимира Глеб и Борис воспитывались в благочестии, и получали самое лучшее образование.

Они очень много времени проводили за чтением книг о жизни и деяниях святых отцов, привезенных из Греции, с горы Афон, и Святого Писания. Оба брата мечтали о духовных подвигах, с чем ежедневно обращались к Богу в молитвах.

Разделяя между собой любовь к христианству, они опекали больных и обездоленных, относясь к ним с добросердечием и милосердием.

По прошествии лет, Борис поставлен на правление Владимиро-Волынским княжеством, находившегося у правого берега реки Луга, городом Муром, а позже, в 1010 году был посажен на княженье Ростовского удела.

Его же младший брат Глеб получил в управление Муром.

В управлении землями, молодые князья старались распространять православие и следить за соблюдением в своем окружении праведного и благочестивого образа жизни, чтобы это служило примером для всего народа.

В начале 1015 года князя Владимира обуяла страшная болезнь, и как некстати пришло известие о нападении многотысячного войска печенегов. Из-за недуга, князь не мог лично участвовать в сражении, и направляет отразить вражеский набег сына Бориса, который слыл не только рьяным христианином, но и опытным воином.

В сопровождении армии Борис отправляется в военный поход, но печенеги, испугавшись грозного войска решились на бегство. Возвращение княжеского войска обратно окрасилось в траурные цвета от известия кончины великого князя, смерть которого открыла дорогу для борьбы за престол между старшими братьями Ярославом и Святополком.

Убийство князей Бориса и Глеба

Старший брат Святополк, сразу после смерти отца, воспользовался отсутствием Бориса и узурпировал власть в Киеве. Но будучи обеспокоенным от всеобщей народной любви к младшему брату и тем, что все предпочитали видеть его на престоле, Святополк решается на его убийство. Он отправляет поверенных в свои замыслы бояр и верного служку Путшу к Борису, что бы те выполнили намеченное.

На тот момент Борис уже знал, что Святополк захватил власть, и что за этим последует его смерть. Он отпускает свои войска, которые уговаривали его вернуться в Киев и стать законным по праву правителем, и остается дожидаться у реки Альта своей участи. В расположенном на берегу шатре, Борис опечаленный предательством брата и смертью отца, возносил молитвы и песнопения об их душах.

Закончив свою службу, утомленный горестными раздумьями Борис ложится спать.

Подосланные Святополком убийцы врываются в шатер и пронзают распростертого на постели Бориса, нанося многочисленные удары копьями и кинжалами.

Убедившись, что кровавая работа выполнена, они тайком увозят тело князя в Вышгород. Там, в церкви Василия Великого тайно прошло погребение убиенного, которому на тот момент было всего 25 лет.

Важно

Святополк опасаясь мести со стороны других своих братьев, уже не мог остановиться, и задумал совершить очередные убийства. Его люди убивают князя Святослава.

Касательно Глеба, Святополк решается известием о смерти отца выманить его в Киев, на что тот выезжает не раздумывая, но доехав до города Смоленск, тот получает новое известие от брата Ярослава.

В этом послании говорилось об узурпации власти Святополком, об убийствах братьев и о том, чтобы Глеб поостерегся, ибо ему грозит та же участь, и отказался от поездки в Киев.

Не дождавшись приезда Глеба, Святополк отправляет своих людей совершить очередное убийство, которые застают князя у побережья реки Днепр, молящегося, как и его брат Борис, о душах убиенных родных. Глеб, как и Борис отказался от защиты и бегства, и покорно принял свою участь.

Убийцы не стали затруднять себя перевозкой тела князя, и захоронили его там, где его настигла смерть, на берегу реки Днепр. Убит был Глеб в возрасте 24 лет. Только спустя годы, стараниями Ярослава, тело Глеба было найдено и захоронено подле тела Бориса.

Собор Бориса и Глеба

Одной из первых церквей, посвященных Борису и Глебу, стала Вышгородская церковь Василия Великого, где нашли свое последнее пристанище тела князей страстотерпцев.

На ее месте, после пожара, в 1021 году была возведена новая Борисоглебская церковь, с перенесением в нее мощей братьев. С этого времени повсеместно начинается общее почитание мучеников и строятся новые храмы и монастыри названные в честь братьев.

Так в 12 веке в Чернигове, на территории внутренних крепостных стен Детинца, был возведен Борисоглебский собор. По задумкам архитекторов это должен быть храм со множеством глубоких ниш и усыпальниц.

За столетия, до середины 17 века, собор подвергался неоднократным разрушениям и восстановлениям. Так в это время собор приобрел восьмигранную ротонду и оделся в стиль барокко.

Во времена Великой Отечественной войны Борисоглебскому собору очень сильно досталось, он выгорел почти до основания. Но в 60-х годах был полностью восстановлен, и более того, собору придали прежний вид, с приданием ему древнерусских форм.

Благодаря реставрационным работам, восстановленным барельефам, рельефам и орнаментам, Борисоглебский собор выглядит монументально, статично и мощно.

Памятник Борису и Глебу

Первым русским святым заступникам и чудотворцам целителям Борису и Глебу был посвящен монументальный памятник, который расположился на территории Борисоглебского монастыря в городе Дмитрове.

На высоком постаменте возвышаются, отлитые из бронзы, два конных всадника – святые князья Борис и Глеб.

Памятник был посвящен юбилею создания монастыря, и возведен в 2006 году. Художником и скульптором этого красивого монумента является Александр Руковишников.

Икона Бориса и Глеба на конях

Канонизация убиенных князей прошла по прошению Ярослава Мудрого. В то же время, в честь братьев, был написан текст Служб, в котором подчеркивалась не только знатное происхождение, воинская храбрость, княжеское достоинство, но и их искренняя готовность к принятию мученической смерти ради общих христианских дел.

Первоначально образы братьев были запечатлены на крестах-мощевиках и на рельефных изображениях, лишь спустя столетия стали появляться живописные иконы Бориса и Глеба, основанные на их описаниях в Сказаниях.

Так, в начале 14 века, кроме парных икон в рост, была написана икона, где братья изображаются на конях, как военачальники, с развевающимися флагами. Эта икона появилась под влиянием византийской традиции, которая соблюдала устойчивость в изображениях святых пар на конях, как бы отображая их заступническую и воинскую функцию.

На этой красочной иконе видно, что монументальная иконопись со временем изменилась, уступив дорогу грациозным и внешне красивым образам. Но лики святых, как и прежде, изображены с четко выраженной скорбью, смирением, спокойной сосредоточенностью и искренней божественной любовью.

Совет

В честь православных князей Бориса и Глеба, принявших мученическую смерть, написано большое количество икон и возведено монастырей, соборов и храмов. В летописях рассказывается о чудесных исцелениях, происходивших подле их усыпальниц, и о великих деяниях и победах свершавшихся с именами святых мучеников, чьи образы сохранны по сей день.

Источник: https://1001molitva.ru/zhitiya-svyatyh/boris-i-gleb.html

Князья Борис и Глеб: где искать мощи первых русских святых

Бла­го­вер­ные Бо­рис и Глеб вме­сте с рав­ноап­о­столь­ны­ми кня­ги­ней Оль­гой и кня­зем Вла­ди­ми­ром ста­ли пер­вы­ми свя­ты­ми на Ру­си. Уда­лось ли за ты­ся­чу лет со­хра­нить их мо­щи и где они сей­час на­хо­дят­ся?

По­чи­та­ние свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба на­бра­ло си­лу при­мер­но через сто лет по­сле их смер­ти. До­хо­ди­ло да­же до бла­го­че­сти­во­го со­рев­но­ва­ния меж­ду со­сто­я­тель­ны­ми людь­ми – кто луч­ше укра­сит ков­чег со свя­ты­ми мо­ща­ми.

Как со­об­ща­ет ка­лен­дарь из­да­тель­ства Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии, сын Изя­с­ла­ва Свя­то­полк († 1113) устро­ил свя­тым се­реб­ря­ные ра­ки. В свою оче­редь Вла­ди­мир Мо­но­мах († 1125) в 1002 г.

тай­но, но­чью при­слал ма­сте­ров и око­вал се­реб­ря­ные ра­ки ли­ста­ми зо­ло­та. Но всех пре­взо­шел Олег (1115), зна­ме­ни­тый «Го­ри­сла­вич», упо­ми­на­е­мый в «Сло­ве о пол­ку Иго­ре­ве».

Он «умыс­лил воз­двиг­нуть со­кру­шив­шу­ю­ся ка­мен­ную (цер­ковь) и, при­ве­дя стро­и­те­лей, дал в оби­лии все­го, что нуж­но». Цер­ковь бы­ла го­то­ва в 1011 го­ду.

Цен­тром по­чи­та­ния Бо­ри­са и Гле­ба ста­ла цер­ковь в их честь, по­стро­ен­ная в Вы­ш­го­ро­де. Кро­ме мо­щей в ней хра­ни­лись и дру­гие ре­лик­вии, свя­зан­ные с бра­тья­ми, в том чис­ле меч свя­то­го кня­зя Бо­ри­са. А в Нов­го­ро­де в честь свя­тых ка­мен­ный храм, ес­ли ве­рить нов­го­род­ским ле­то­пи­сям, по­стро­ил бы­лин­ный Сад­ко, он же Сот­ко Сы­ти­нич.

Мо­щи свя­тых Бо­ри­са и Гле­ба бы­ли утра­че­ны во вре­мя на­ше­ствия ха­на Ба­тыя в 1240 го­ду, ко­гда вы­ш­го­род­скй храм был раз­ру­шен. Вме­сте с мо­ща­ми свя­тых бра­тьев во вре­мя на­ше­ствия бы­ли утра­че­ны мо­щи и дру­гих древ­ней­ших свя­тых рус­ской зем­ли – рав­ноап­о­столь­ных кня­зя Вла­ди­ми­ра и кня­ги­ни Оль­ги. По сча­стью, в XVII ве­ке мо­щи бы­ли сно­ва най­де­ны.

Обратите внимание

Око­ло 999 го­да свя­той Рав­ноап­о­столь­ный князь Вла­ди­мир при­ка­зал пе­ре­не­сти те­ло сво­ей ба­буш­ки кня­ги­ни Оль­ги в пер­вый ка­мен­ный храм древ­ней Ру­си – храм Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы в Ки­е­ве.

Во вре­мя пе­ре­не­се­ния лю­ди уви­де­ли, что мо­щи со­хра­ня­ют­ся нетлен­ны­ми, так про­изо­шло пер­вое в рус­ской ис­то­рии об­ре­те­ние нетлен­ных мо­щей. Свя­тые мо­щи бы­ли по­ло­же­ны в ка­мен­ный гроб и уста­нов­ле­ны в успен­ском хра­ме, на­зы­ва­е­мом так же Де­ся­тин­ным.

На­зва­ние воз­мож­но свя­за­но с цер­ков­но-адми­ни­стра­тив­ной ре­фор­мой кня­зя Вла­ди­ми­ра, уста­но­вив­ше­го цер­ков­ную де­ся­ти­ну. Слу­чи­лось так, что мо­щи раз­де­ли­ли судь­бу хра­ма, в ко­то­ром на­хо­ди­лись.

Во вре­мя на­ше­ствия та­тар на Ки­ев в 1240 го­ду Де­ся­тин­ная цер­ковь бы­ла раз­ру­ше­на, а мо­щи ока­за­лись со­кры­ты под спу­дом, вме­сте с мо­ща­ми свя­то­го кня­зя Вла­ди­ми­ра.

В XVII ве­ке, со­глас­но цер­ков­но­му пре­да­нию, мо­щи бы­ли най­де­ны ки­ев­ским мит­ро­по­ли­том Пет­ром Мо­ги­лой, про­во­див­шим рас­коп­ки Де­ся­тин­ной церк­ви.

В на­ча­ле XVIII ве­ка мо­щи вновь, по неиз­вест­ной при­чине, бы­ли окон­ча­тель­но утра­че­ны. До недав­не­го вре­ме­ни.

В хра­ме свт. Ни­ко­лая в Пы­жах (Боль­шая Ор­дын­ка д. 27а/8, ст. м. Тре­тья­ков­ская) хра­нит­ся неболь­шая ико­на свя­той Оль­ги с ча­стич­кой мо­щей. Как рас­ска­за­ли нам в хра­ме, ико­на бы­ла по­жерт­во­ва­на од­ной из при­хо­жа­нок.

В се­мье этот об­раз с бла­го­го­ве­ни­ем пе­ре­да­ва­ли из по­ко­ле­ния в по­ко­ле­ние. По се­мей­но­му пре­да­нию, ча­стич­ка мо­щей при­над­ле­жит св. рав­но­ап. кня­гине Оль­ге.

Важно

По буд­ням свя­ты­ня вы­став­ле­на в тра­пез­ной ча­сти хра­ма, и к ней сво­бод­но мож­но при­ло­жить­ся.

Так­же несколь­ко лет на­зад на Укра­ине за­яви­ла о се­бе неко­то­рая се­мья, на­зы­ва­ю­щая се­бя «по­том­ка­ми» рав­ноап­о­столь­ной кня­ги­ни и яко­бы со­хра­нив­шая мо­щи кня­ги­ни Оль­ги. Се­мья, на­сколь­ко мож­но су­дить по со­об­ще­ни­ям в СМИ, пла­ни­ру­ет по­стро­ить свой соб­ствен­ный храм.

По­сле на­ше­ствия та­тар, мо­щи свя­то­го кня­зя Вла­ди­ми­ра, как и мо­щи свя­той кня­ги­ни Оль­ги, ока­за­лись под раз­ва­ли­на­ми Де­ся­тин­ной церк­ви.

В 1635 го­ду ки­ев­ский мит­ро­по­лит Петр Мо­ги­ла об­на­ру­жил два сар­ко­фа­га, в од­ном из ко­то­рых, по его пред­по­ло­же­нию, на­хо­ди­лись мо­щи свя­то­го Вла­ди­ми­ра.

«В вос­по­ми­на­ние бу­ду­щим ро­дам» свя­ти­тель до­стал из гро­ба гла­ву (че­реп и ниж­нюю че­люсть) и кисть пра­вой ру­ки, эти свя­ты­ни хра­ни­лись в Ки­е­ве до са­мой ре­во­лю­ции.

В со­вет­ское вре­мя мо­щи ока­за­лись в лавр­ском Му­зее куль­тов и бы­та.

Пе­ред вой­ной скуль­птор-ан­тро­по­лог Ми­ха­ил Ге­ра­си­мов увез мо­щи для вос­со­зда­ния ис­то­ри­че­ско­го об­ли­ка кня­зя Вла­ди­ми­ра в Ле­нин­град, где они во вре­мя вой­ны бес­след­но ис­чез­ли.

Так бы все и за­кон­чи­лось, ес­ли бы мит­ро­по­лит Петр Мо­ги­ла в свое вре­мя не по­да­рил часть гла­вы (а имен­но – че­люсть) ца­рю Ми­ха­и­лу Фе­до­ро­ви­чу. Царь по­ме­стил свя­ты­ню в Успен­ский со­бор Мос­ков­ско­го Крем­ля

По­сле ре­во­лю­ции эта часть мо­щей хра­ни­лась в кремлев­ских в му­зе­ях. По слу­чаю ты­ся­че­ле­тия кре­ще­ния Ру­си в 1989 го­ду Церк­ви бы­ли пе­ре­да­ны несколь­ко мо­ще­ви­ков, один из них был с мо­ща­ми свя­то­го кня­зя.

В 2005 го­ду, по прось­бе пред­сто­я­те­ля Укра­ин­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви мит­ро­по­ли­та Вла­ди­ми­ра, мо­щи кре­сти­те­ля Ру­си бы­ли воз­вра­ще­ны в го­род, с ко­то­ро­го все на­ча­лось – Ки­ев.

Совет

В свя­зи с празд­но­ва­ни­ем 1025-ле­тия Кре­ще­ния Ру­си ков­чег с мо­ща­ми во­зят по го­ро­дам, по­сле че­го он вер­нет­ся об­рат­но в Ки­е­во-Пе­чер­скую Лав­ру.

Под­го­то­вил Ки­рилл Ми­ло­ви­дов

По ма­те­ри­а­лам: http://www.nsad.ru

Источник: https://azbyka.ru/days/p-knjazja-boris-i-gleb-gde-iskat-moshchi-pervyh-russkih-svjatyh

Икона Бориса и Глеба: значение

Борис и Глеб, крещенные именами Роман и Давид, стали первыми русскими святыми, канонизированными как мученики-страстотерпцы. Эти два князя были младшими сыновьями Владимира Святославича, великого князя киевского, и пали жертвами борьбы за власть.

Житие Бориса и Глеба

Князь Владимир был крестителем Земли Русской. Сам он всей душой был предан вере Христовой и младших сыновей своих воспитал в праведности и приверженности истинной вере. Оба брата были хорошо образованы, много времени посвящали изучению Священного Писания и богослужебных книг, помогали сирым и убогим в соответствии с христианскими заповедями.

Князь Владимир, чуя приближение смертного часа, завещал киевский престол Борису и отдал дружину под его командование, Глеб же, младший, получил во владение Муромские земли.

После смерти князя Владимира в 1015 году, хотя он изъявил перед кончиной свою волю, началась междоусобная борьба.

Борис, ставший по завещанию отца князем киевским, находился в походе против печенегов, и в это время киевский престол самовольно занял его старший брат Святополк.

Однако Борис даже не попытался бороться за власть, поскольку слишком велико было его уважение к старшему брату и святости кровных уз.

Тем не менее Святополк, опасаясь брата, решился на его убийство. Хотя Борис знал о его страшном замысле, он не попытался бежать и 24 июля 1015 года был заколот копьями во время молитвенного бдения.

Читайте также:  Сретение господне: 15 февраля, текст службы и история, двунадесятый праздник

Но на этом Святополк не остановился и отправил своих верных людей в Муромскую землю, где княжил его младший брат Глеб. Глеб также знал о злокозненных умыслах брата, но считал братоубийственную войну невозможной, и в итоге убийцы настигли его поблизости от Смоленска, у реки Смядыни.

Обратите внимание

В древних летописях Святополка стали именовать Окаянным, под этим прозвищем он и вошел в историю. Его княжение в Киеве оказалось недолгим. Его единокровный брат Ярослав, прозванный впоследствии Мудрым, вступил со Святополком в борьбу за власть и разбил его войско. Он не убил Святополка, а лишь изгнал его.

Остаток жизни Святополка, всеми ненавидимого и гонимого, прошел в бесконечных скитаниях. Ярослав же, брат и убийцы, и безвинно убиенных, разыскал останки Бориса и Глеба и поместил их в церковь Василия Великого в Вышгороде, где их мощи прославились благодаря чудесным исцелениям и чудотворным явлениям.

Описание иконы «Святые Борис и Глеб»

Хотя Борис и Глеб с христианским смирением приняли свою смерть в разных местах и в разное время, в православной традиции их имена неразрывно связаны и всегда упоминаются вместе; на иконах они также изображаются вместе, примером чему служит икона «Борис и Глеб», 14 век.

Обычно икона «Борис и Глеб» изображает братьев в полный рост в богатом облачении, с мечом в одной руке и крестом в другой как символом их приверженности христианской вере и принятых ими мучений. Несколько позже появилась икона «Борис и Глеб» на конях, где на святых взирает сам Христос.

В народном сознании братья навсегда остались страстотерпцами, которые сохранили верность христианским заповедям даже при угрозе их жизни, а православная церковь прославила их как покровителей земли Русской и небесных помощников русских князей. Известно, что иконе «Святые Борис и Глеб» молились воины Александра Невского перед битвой на Чудском озере, а перед Донским побоищем – войско князя Дмитрия Донского.

В чем помогает икона

Борис и Глеб – одни из наиболее почитаемых православных святых, их икона считается заступницей государства Российского. Молитва перед ней помогает исцелить недуги, примирить враждующих, спасти душу от нечистых помыслов, восстановить мир и спокойствие, сохранить крепость веры.

Праздник 15 мая и 6 августа.

Значительно реже встречается икона одного только святого благоверного князя Бориса. Икона «Святой Борис» станет покровительницей мальчика или мужчины, носящего это имя, внесет в жизнь семьи мир и взаимопонимание.

Ей молятся об исцелении от болезней, особенно опорно-двигательного аппарата, о защите от врагов, о мирной семейной жизни. Хотя на иконе изображен один страстотерпец Борис, в молитве обращаются сразу к обоим братьям.

Праздник 18 сентября.

Молитва пред иконой Бориса и Глеба

(1

Источник: https://omolitvah.ru/ikony/ikona-borisa-i-gleba/

Святые благоверные князья Борис и Глеб

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб (в святом Крещении — Роман и Давид) — первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015).

Родившиеся незадолго до Крещения Руси святые братья были воспитаны в христианском благочестии. Старший из братьев — Борис получил хорошее образование. Он любил читать Священное Писание, творения святых отцов и особенно жития святых.

Под их влиянием святой Борис возымел горячее желание подражать подвигу угодников Божиих и часто молился, чтобы Господь удостоил его такой чести.

Святой Глеб с раннего детства воспитывался вместе с братом и разделял его стремление посвятить жизнь исключительно служению Богу. Оба брата отличались милосердием и сердечной добротой, подражая примеру святого равноапостольного великого князя Владимира, милостивого и отзывчивого к бедным, больным, обездоленным.

Еще при жизни отца святой Борис получил в удел Ростов. Управляя своим княжеством, он проявил мудрость и кротость, заботясь прежде всего о насаждении Православной веры и утверждении благочестивого образа жизни среди подданных. Молодой князь прославился также как храбрый и искусный воин.

Незадолго до своей смерти великий князь Владимир призвал Бориса в Киев и направил его с войском против печенегов. Когда последовала кончина равноапостольного князя Владимира, старший сын его Святополк, бывший в то время в Киеве, объявил себя великим князем Киевским.

Святой Борис в это время возвращался из похода, так и не встретив печенегов, вероятно, испугавшихся его и ушедших в степи. Узнав о смерти отца, он сильно огорчился.

Важно

Дружина уговаривала его пойти в Киев и занять великокняжеский престол, но святой князь Борис, не желая междоусобной распри, распустил свое войско: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Так повествует об этом летопись (перевод Д.Лихачева): “Когда Борис, выступив в поход и не встретив врага, возвращался обратно, прибыл к нему вестник и поведал ему о смерти отца.

Рассказал он, как преставился отец его Василий (этим именем назван был Владимир в святом крещении) и как Святополк, утаив смерть отца своего, ночью разобрал помост в Берестове и, завернув тело в Ковер, спустил его на веревках на землю, отвез на санях поставил в церкви святой Богородицы.

И как услышал это святой Борис, стал телом слабеть и все лицо его намокло от слез, обливаясь слезами, не в силах был говорить.

Лишь в сердце своем так размышлял: «Увы мне, свет очей моих, сияние и заря лица моего, узда юности моей, наставник неопытности моей! Увы мне, отец и господин мой! К кому прибегну, к кому обращу взор свой? Где еще найду такую мудрость и как обойдусь без наставлений разума твоего? Увы мне, увы мне! Как же ты зашло, солнце мое, а меня не было там! Был бы я там, то сам бы своими руками честное тело твое убрал и могиле предал. Но не нес я доблестное тело твое, не сподобился целовать твои прекрасные седины. О блаженный, помяни меня в месте упокоения твоего! Сердце мое горит, душа моя разум смущает, и не знаю, к кому обратиться, кому поведать эту горькую печаль? Брату, которого я почитал как отца? Но тот, чувствую я, о мирской суете печется и убийство мое замышляет. Если он кровь мою прольет и на убийство мое решится, буду мучеником перед Господом моим. Не воспротивлюсь я, ибо написано: «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать». И в послании апостола сказано: «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец». И еще: «В любви нет страха, совершенная любовь изгоняет страх». Поэтому, что я скажу, что сделаю? Вот пойду к брату моему и скажу: «Будь мне отцом — ведь ты брат мой старший. Что повелишв мне, господин мой?»

И помышляя так в уме своем, пошел к брату своему и говорил в сердце своем: «Увижу ли я хотя бы братца моего младшего Глеба, как Иосиф Вениамина?» И решил в сердце своем: «Да будет воля Твоя, Господи!» Про себя же думал: «Если пойду в дом отца своего, то многие люди станут уговаривать меня прогнать брата, как поступал, ради славы и княжения в мире этом, отец мой до святого крещения. А все это преходящее и непрочно, как паутина. Куда я приду по отшествии своем из мира этого? Где окажусь тогда? Какой получу ответ? Где скрою множество грехов своих? Что приобрели братья отца моего или отец мой? Где их жизнь и слава мира сего, и багряницы, и пиры, серебро и золото, вина и меды, яства обильные, и резвые кони, и хоромы изукрашенные, и великие, и богатства многие, и дани и почести бесчисленные, и похвальба боярами своими. Всего этого будто и не было: все с ними исчезло, и ни от чего нет подспорья — ни от богатства, ни от множества рабов, ни от славы мира сего. Так и Соломон, все испытав, все видев, всем овладев и все собрав, говорил обо всем: «Суета сует — все суета!» Спасение только в добрых делах, в истинной вере и в нелицемерной любви».

Идя же путем своим, думал Борис о красоте и молодости своей и весь обливался слезами. И хотел сдержаться, но не мог. И все видевшие его тоже оплакивали юность его и его красоту телесную и духовную. И каждый в душе своей стенал от горести сердечной, и все были охвачены печалью.

Кто же не восплачется, представив перед очами сердца своего эту пагубную смерть?

Весь облик его был уныл, и сердце его святое было сокрушено, ибо был блаженный правдив и щедр, тих, кроток, смирен, всех он жалел и всем помогал.

Так помышлял в сердце своем богоблаженный Борис и говорил: «Знал я, что брата злые люди подстрекают на убийство мое и погубит он меня, и когда прольет кровь мою, то буду я мучеником перед Господом моим, и примет душу мою Владыка».

Затем, забыв смертную скорбь, стал утешать он сердце свое Божьим словом: «Тот, кто пожертвует душой своей ради меня и моего учения, обретет и сохранит ее в жизни вечной».

Совет

И пошел С радостным сердцем, говоря: «Господи Премилостивый, не отринь меня, на тебя уповающего, но спаси душу мою!»

Однако коварный и властолюбивый Святополк не поверил искренности Бориса; стремясь оградить себя от возможного соперничества брата, на стороне которого были симпатии народа и войска, он подослал к нему убийц.

Святой Борис был извещен о таком вероломстве Святополка, но не стал скрываться и, подобно мученикам первых веков христианства, с готовностью встретил смерть. Убийцы настигли его, когда он молился за утреней в воскресный день 24 июля 1015 года в своем шатре на берегу реки Альты.

После службы они ворвались в шатер к князю и пронзили его копьями. Любимый слуга святого князя Бориса — Георгий Угрин (родом венгр) бросился на защиту господина и немедленно был убит. Но святой Борис был еще жив.

Выйдя из шатра, он стал горячо молиться, а потом обратился к убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда один из них подошел и пронзил его копьем.

Слуги Святополка повезли тело Бориса в Киев, по дороге им попались навстречу два варяга, посланных Святополком, чтобы ускорить дело. Варяги заметили, что князь еще жив, хотя и едва дышал. Тогда один из них мечом пронзил его сердце. Тело святого страстотерпца князя Бориса тайно привезли в Вышгород и положили в храме во имя святого Василия Великого.

После этого Святополк столь же вероломно умертвил святого князя Глеба. Коварно вызвав брата из его удела — Мурома, Святополк послал ему навстречу дружинников, чтобы убить святого Глеба по дороге.

Князь Глеб уже знал о кончине отца и злодейском убийстве князя Бориса. Глубоко скорбя, он предпочел смерть, нежели войну с братом.

Обратите внимание

Встреча святого Глеба с убийцами произошла в устье реки Смядыни, неподалеку от Смоленска.

В чем же состоял подвиг святых благоверных князей Бориса и Глеба? Какой смысл в том, чтобы вот так — без сопротивления погибнуть от рук убийц?

Жизнь святых страстотерпцев была принесена в жертву основному христианскому доброделанию — любви. «Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец» (1 Ин. 4, 20).

Святые братья сделали то, что было еще ново и непонятно для языческой Руси, привыкшей к кровной мести — они показали, что за зло нельзя воздавать злом, даже под угрозой смерти. «Не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Мф. 10, 28).

Святые мученики Борис и Глеб отдали жизнь ради соблюдения послушания, на котором зиждется духовная жизнь человека и вообще всякая жизнь в обществе.

«Видите ли, братия, — замечает преподобный Нестор Летописец, — как высока покорность старшему брату? Если бы они противились, то едва ли бы сподобились такого дара от Бога. Много ныне юных князей, которые не покоряются старшим и за сопротивление им бывают убиваемы. Но они не уподобляются благодати, какой удостоились сии святые».

Благоверные князья-страстотерпцы не захотели поднять руку на брата, но Господь Сам отомстил властолюбивому тирану: «Мне отмщение и аз воздам» (Рим. 12, 19).

В 1019 году князь Киевский Ярослав Мудрый, также один из сыновей равноапостольного князя Владимира, собрал войско и разбил дружину Святополка.

Обратимся вновь к летописи: “Блаженный же Борис возвратился и раскинул свой стан на Альте. И сказала ему дружина: «Пойди, сядь в Киеве на отчий княжеский стол — ведь все воины в твоих руках». Он же им отвечал: «Не могу я поднять руку на брата своего, к тому же еще и старейшего, которого чту я как отца».

Важно

Услышав это, воины разошлись, и остался он только с отроками своими. И был день субботний.

В тоске и печали, с удрученным сердцем вошел он в шатер свой и заплакал в сокрушении сердечном, но с душой просветленной, жалобно восклицая: «Не отвергай слез моих, Владыка, ибо уповаю я на тебя! Пусть удостоюсь участи рабов Твоих и разделю жребий со всеми Твоими святыми, ты Бог милостивый, и славу Тебе возносим вовеки! Аминь».

Вспомнил он о мучении и страданиях святого мученика Никиты и святого Вячеслава, которые были убиты так же, и о том, как убийцей святой Варвары был ее родной отец. И вспомнил слова премудрого Соломона: «Праведники вечно живут, и от Господа им награда и украшение им от всевышнего». И только этими словами утешался и радовался.

Между тем наступил вечер, и Борис повелел петь вечерню, а сам вошел в шатер свой и стал творить вечернюю молитву со слезами горькими, частым воздыханием и непрерывными стенаниями.

Потом лег спать, и сон его тревожили тоскливые мысли и печаль горькая, и тяжелая, и страшная:, как претерпеть мучение и страдание, и окончить жизнь, и веру сохранить, и приуготовленный венец принять из рук вседержителя. И, проснувшись рано, увидел, что время уже утреннее. А был воскресный день.

Сказал он священнику своему: «Вставай, начинай заутреню». Сам же, обувшись и умыв лицо свое, начал молиться к Господу Богу.

Посланные же Святополком пришли на Альту ночью, и подошли близко, и услышали голос блаженного страстотерпца, поющего на заутреню Псалтырь. И получил он уже весть о готовящемся убиении его. И начал петь: «Господи! Как умножились враги мои! Многие восстают на меня» — и остальные псалмы до конца.

Читайте также:  Можно ли носить чужой крестик, ответ священника, можно ли носить нательный крестик умершего человека, что делать если нашел крестик на улице, можно ли носить крестик купленный в ломбарде

И, начавши петь по Псалтыри: «Окружили меня скопища псов и тельцы тучные обступили меня», продолжил: «Господи Боже мой! На тебя я уповаю, спаси меня!» И после этого пропел канон.

И когда окончил заутреню, стал молиться, взирая на икону господню и говоря: «Господи Иисусе Христе! Как ты, в этом образе явившийся на землю и собственною волею давший пригвоздить себя к кресту и принять страдание за грехи наши, сподобь и меня так принять страдание!»

Совет

И когда услышал он зловещий шепот около шатра, то, затрепетал, и потекли слезы из глаз его, и промолвил: «Слава тебе, Господи, за все, ибо удостоил меня зависти ради принять сию горькую смерть и претерпеть все ради любви к заповедям твоим.

Не захотел ты сам избегнуть мук, ничего не пожелал себе, последуй заповедям апостола: «Любовь долготерпелива, всему верит, не завидует и не превозносится». И еще: «В любви нет страха, ибо истинная любовь изгоняет страх». Поэтому, Владыка, душа моя в руках твоих всегда, ибо не забыл я твоей заповеди.

Как господу угодно — так и будет».

И когда увидели священник Борисов и отрок, прислуживающий князю, господина своего, объятого скорбью и печалью, то заплакали горько и сказали: «Милостивый и дорогой господин наш! Какой благости исполнен ты, что не восхотел ради любви Христовой воспротивиться брату, а ведь сколько воинов держал под рукой своей!» И, сказав это, опечалилась.

И вдруг увидел устремившихся к шатру, блеск оружия, обнаженные мечи. И без жалости пронзено было честное и многомилостивое тело святого и блаженного. Христова страстотерпца Бориса.

Поразили его копьями окаянные: Путьша, Талец, Елович, Ляшко.

Видя это, отрок его прикрыл собою тело блаженного, воскликнув: «Да не оставлю тебя, господин мой любимый, — где увядает красота тела твоего, тут и я сподоблюсь окончить жизнь свою!»

Был же он родом венгр, по имени Георгий, и наградил его князь золотой гривной [*], и был любим Борисом безмерно. Тут и его пронзили, и, раненный, выскочил он в оторопе из шатра. И заговорили стоящие около шатра: «Что стоите и смотрите! Начав, завершим поведенное нам».

Услышав это, блаженный стал молиться и просить их, говоря: «Братья мои милые и любимые! Погодите немного, дайте помолиться богу».

И воззрев на небо со слезами, и вознося вздохи горе, начал молиться такими словами: «Господи Боже мой многомилостивый и милостивый и премилостивый! Слава Тебе, что сподобил меня уйти от обольщений этой обманчивой жизни! Слава Тебе, щедрый дарователь жизни, что сподобил меня подвига достойного святых мучеников! Слава тебе, Владыка-Человеколюбец что сподобил меня совершить сокровенное желание сердца моего! Слава Тебе, Христос, слава безмерному, Твоему милосердию, ибо направил ты стоны мои на правый путь! Взгляни с высоты святости твоей и узри боль сердца моего, которую претерпел я от родственника моего — ведь ради Тебя умерщвляют меня в день сей. Меня уравняло с овном, уготованным на убой. Ведь Ты знаешь, Господа, не противлюсь я, не перечу и, имев под своей рукой, всех воинов отца моего и всех, кого любил отец мой, ничего не замышлял против брата моего. Он же сколько мог воздвиг против меня. «Если бы враг поносил меня — это я стерпел бы; если бы ненавистник мой клеветал на меня, — укрылся бы от него». Но ты, Господи, будь свидетель и сверши суд между мною и братом моим и не осуждай их, Господи, за грех этот, но прими с миром душу мою. Аминь».

Обратите внимание

И, воззрев на своих убийц горестным взглядом, с осунувшимся лицом, весь обливаясь слезами, промолвил: «Братья, приступивши — заканчивайте порученное вам. И да будет мир брату моему и вам, братья!»

И все, кто слышал слова его, не могли вымолвить ни слова от страха и печали горькой и слез обильных.

С горькими воздыханиями жалобно сетовали и плакали, и каждый в душе своей стенал: «Увы нам, князь наш милостивый и блаженный, поводырь слепым, одежда нагим, посох старцам, наставник неразумным! Кто теперь их всех направит? Не восхотел славы мира сего, не восхотел веселиться с вельможами честными, не восхотел величия в жизни сей. Кто не поразится столь великому смирению, кто не смирится сам, видя и слыша его смирение?»

И так почил Борис, предав душу свою в руки Бога Живого в 24-й день месяца июля, за 9 дней до календ августовских.

Перебили и отроков многих. С Георгия же не могли снять гривны и, отрубив голову ему, отшвырнули ее прочь. Поэтому и не смогли опознать тела его.

Блаженного же Бориса, обернув в шатер, положили на телегу и повезли. И когда ехали бором, начал приподнимать он святую голову свою. Узнав об этом, Святополк послал двух варягов, и те пронзили Бориса мечом в сердце. И так скончался, восприняв неувядаемый венец.

И, принесши тело его, положили в Вышгороде и погребли в земле у церкви святого Василия.”
Святополк, названный русским народом Окаянным, бежал в Польшу и, подобно первому братоубийце Каину, нигде не находил себе покоя и пристанища.

Летописцы свидетельствуют, что даже от могилы его исходил смрад.

«С того времени, — пишет летописец, — затихла на Руси крамола». Кровь, пролитая святыми братьями ради предотвращения междоусобных распрей, явилась тем благодатным семенем, которое укрепляло единство Руси. Благоверные князья-страстотерпцы не только прославлены от Бога даром исцелений, но они — особые покровители, защитники Русской земли.

Известны многие случаи их явления в трудное для нашего Отечества время, например, — святому Александру Невскому накануне Ледового побоища (1242), великому князю Димитрию Донскому в день Куликовской битвы (1380). Почитание святых Бориса и Глеба началось очень рано, вскоре после их кончины.

Служба святым была составлена митрополитом Киевским Иоанном I (1008-1035).

Важно

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый позаботился о том, чтобы разыскать останки святого Глеба, бывшие 4 года непогребенными, и совершил их погребение в Вышгороде, в храме во имя святого Василия Великого, рядом с мощами святого князя Бориса.

Через некоторое время храм этот сгорел, мощи же остались невредимы, и от них совершалось много чудотворений. Один варяг неблагоговейно стал на могилу святых братьев, и внезапно исшедшее пламя опалило ему ноги.

От мощей святых князей получил исцеление хромой отрок, сын жителя Вышгорода: святые Борис и Глеб явились отроку во сне и осенили крестом больную ногу. Мальчик пробудился от сна и встал совершенно здоровым.

Благоверный князь Ярослав Мудрый построил на этом месте каменный пятиглавый храм, который был освящен 24 июля 1026 года митрополитом Киевским Иоанном с собором духовенства. Множество храмов и монастырей по всей Руси было посвящено святым князьям Борису и Глебу, фрески и иконы святых братьев-страстотерпцев также известны в многочисленных храмах Русской Церкви.

Источник: https://www.pravmir.ru/svyatye-blagovernye-knyazya-boris-i-gleb/

Память святых страстотерпцев Бориса и Глеба

Благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб — первые святые, которых канонизировала Русская Церковь. Их подвиг открывает одну из удивительных граней христианства.

Борис и Глеб не пожелали участвовать в междоусобной войне со своим старшим братом Святополком — кротко приняли мученическую смерть и простили своих убийц.

Мы расскажем о жизни князей-страстотерпцев, об их церковном почитании и народных традициях, связанных с днем их памяти.

Князья Борис и Глеб (в крещении Роман и Давид) — это первые святые, канонизованные Русской Церковью. До них на нашей земле тоже были святые, но все они были прославлены позже.

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб — младшие сыновья киевского великого князя Владимира Святославича (равноапостольного князя Владимира). После смерти Владимира в 1015 году на русской земле началась жестокая междоусобная борьба за земли и великокняжеский престол. Бориса и Глеба убил их старший брат — Святополк, прозванный в народе Окаянным.

История жизни и мученической смерти Бориса и Глеба описана в двух книгах, знаменитых памятниках древнерусской литературы: «Сказание» Иакова Черноризца и «Чтение» Нестора Летописца.

Память святых Бориса и Глеба празднуется несколько раз в году:

15 мая по новому стилю — перенесение их мощей в новую церковь-усыпальницу в 1115 году, которую построил князь Изяслав Ярославич в Вышгороде.

6 августа по новому стилю — совместное празднование святым.

18 сентября по новому стилю — память святого князя Глеба.

Житие Бориса и Глеба

Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира. Они родились еще до Крещения Руси. Приняв Христа всем сердцем, киевский великий князь Владимир Святославич стал воспитывать младших сыновей в православной вере. Святой Борис был хорошо образовал, с радостью и  усердием читал Библию и жития святых.

Святой Глеб не отставал от брата, и тоже интересовался верой и стремился жить в благочестии. Как известно, после принятия святого крещения их отец князь Владимир полностью изменил свою жизнь, оставил языческие грехи и стал для народа примером по-настоящему праведного правителя. Младшие сыновья, которым посчастливилось родиться в пору Крещения Руси, подражали примеру отца.

Например, вместе с ним помогали бедным.

Когда братья подросли, Борису достался от отца город Ростов. Молодой князь правил им с мудростью. Незадолго до своей смерти Владимир призвал Бориса в Киев, дал ему войско и направил в поход против печенегов.

Вскоре великий князь скончался, и его старший сын Святополк самовольно объявил себя великим князем Киевским, воспользовавшись тем, что Борис был в походе. Святой Борис не хотел оспаривать это решение — ему претила сама мысль о междоусобной войне.

Борис распустил свое войско со словами: «Не подниму руки на брата своего, да еще на старшего меня, которого мне следует считать за отца!»

Но Святополк боялся, что брат передумает и силой отнимет у него киевский престол. Он подослал к Борису убийц. Несмотря на то, что святой Борис узнал о страшной угрозе, он не стал прятаться. На него напали с копьями прямо во время молитвы.

Случилось это 24 июля 1015 года (6 августа по новому стилю) на берегу реки Альты. Князь погиб не сразу, первым убили его верного слугу Георгия Угрина, который бросился на защиту Бориса.

Совет

Сам же святой на слабеющих ногах вышел из шатра, где молился, и сказал убийцам: «Подходите, братия, кончите службу свою, и да будет мир брату Святополку и вам». Тогда воины снова пронзили тело князя копьем.

Князь еще дышал, когда убийцы везли его в Киев, чтобы показать Святополку. По пути они встретили двух варягов, которых послал Святополк. Варяги увидели, что Борис еще жив, и добили святого ударом меча в сердце. Тело страстотерпца привезли в Вышгород и в тайне ото всех положили в храме во имя святого Василия Великого.

Святополк не остановился на одном убийстве. В то время Глеб княжил в Муроме. Старший брат отправил к нему воинов. Как и Борис, Глеб тоже заранее знал, что к нему подосланы убийцы. Но междоусобная война для него была страшнее смерти. Убийцы настигли князя в устье реки Смядыни, рядом со Смоленском.

После двойного убийства Святополк, которого в народе прозвали Окаянным, правил недолго. Закончил свои дни он в изгнании, ненавидимый всеми. Междоусобные войны постепенно прекратились. Подвиг смирения, послушания и кротости сделал Бориса и Глеба поистине народными святыми.

Великий князь Киевский Ярослав Мудрый отыскал мощи святого Глеба и положил их в храме во имя святого Василия Великого в Вышгороде — рядом с мощами святого князя Бориса. Святые останки братьев прославились многочисленными чудесами.

Сказание о Борисе и Глебе

Сказание о Борисе и Глебе — это памятник древнерусской литературы, который посвященн истории убийства сыновей князя Владимира — святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба. Как считают историки, написан он, скорее всего, Иаковом Черноризцец.

Сказание создано в середине XI века, во время правления Ярослава Мудрого. Позднее в книгу добавилось «Сказание о чудесах», написанное в 1089—1115 годах. Существует более 170 списков «Сказания о Борисе и Глебе», один из самых известных содержится в составе Успенского сборника конца XII-начала XIII веков.

Канонизация и почитание Бориса и Глеба на Руси

Борис и Глеб — первые канонизированные русские святые. Точная дата их канонизации неизвестна, у историков на этот счет есть разные мнения.

Одни полагают, что братьев причислили к лику святых уже тогда, когда в 1020 году перенесли мощи Глеба с берега реки Смядыни в Вышгород и положили рядом с мощами Бориса в храме во имя святого Василия Великого.

Другие думают, что почитание началось после того, как в 1021 году в Вышгороде возвели первую деревянную церковь во имя святых Бориса и Глеба.

Но большинство исследователей считают, что святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб были канонизировали, когда их мощи перенесли в новую каменную церковь. Произошло это в 1072 году по инициативе сыновей Ярослава Мудрого — князей Изяслава, Святослава и Всеволода, а также киевского митрополита Георгия.

Эти святые прославились многими чудесами, их почитали как заступников русской земли.

Обратите внимание

Бориса и Глеба канонизировали как страстотерпцев. «Страстотерпец» — это один из чинов святости. Это святой, принявший мученическую смерть за исполнение Божиих Заповедей, и чаще всего — от рук единоверцев. Важная часть подвига страстотерпца — то, что мученик не держит зла на убийц и не сопротивляется.

Престольный праздник в этот день отмечает Свято-Борисоглебский женский монастырь (с.Водяное).

Тропарь, кондак и величание святым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

Мученическою кровию порфиру окропивше светло, украшени предстоите, страдальцы славнии, Царю Безсмертному, и, венцы славы от Него приимше, молитеся стране нашей подати на враги одоление и душам нашим велию милость

Явися днесь в стране Русстей благодать исцеления всем, к вам, блаженнии, приходящим и вопиющим: радуйтеся, заступницы теплии

Величаем вас, страстотерпцы святии Борисе и Глебе, и чтим честная страдания ваша, яже за Христа претерпели есте

Молитва перваясвятым благоверным князьям-страстотерпцам Борису и Глебу

О, двоице священная, братие прекраснии, доблии страстотерпцы Борисе и Глебе, от юности Христу верою, чистотою и любовию послужившии, и кровьми вашими яко багряницею украсившиися, и ныне со Христом царствующии!Не забудите и нас сущих на земли, но, яко теплии заступницы, вашим сильным ходатайством пред Христом Богом нас помилуйте, юныя убо во святей вере и чистоте, повреждены от всякаго прилога неверия и нечистоты сохраните, и всех нас молящихся от всякия скорби, озлобления и внезапныя смерти избавите, укротите же всякую вражду и злобу, действом диавола от ближних и чуждих воздвизаемую.Молим вас, христолюбивии страстотерпцы, споспешествуйте и правителем нашим к победе на враги, испросите у Великодаровитаго Владыки всем нам оставление прегрешений наших, единомыслие и здравие, избавление от нашествия иноплеменных, междоусобныя брани, язвы и глада.

Снабдевайте заступлением вашим град сей (или весь сию) и вся чтущия святую память вашу во веки веков. Аминь.

Просмотров (58)

Читайте также:  Можно ли в пост есть морепродукты, разрешены ли в пост мидии, креветки, икру, кальмары, крабовые палочки

Источник: http://tamara.church.ua/2017/08/06/pamyat-svyatyx-strastoterpcev-borisa-i-gleba/

Святые князья Борис и Глеб. История гибели и канонизации (Д. Донской)

Первый, Святополк, по подозрению в заговоре и покушении на власть отца заточен с супругой (дочь польского князя Болеслава I Храброго из династии Пястов) и ее духовником, Колобжегским епископом Рейнберном, в темницу[4].

Второй, Ярослав, сидевший на княжении в Великом Новгороде с 1010 года по смерти старшего брата Вышеслава[5], в 1014 году отказывается передавать в Киев обычную дань в размере двух тысяч гривен. Великий князь воспринимает это как открытый мятеж и объявляет о своем намерении идти войной на сына.

В свою очередь, Ярослав, «бояся отца своего», приводит из-за моря варяжские дружины.

Противостояние сыновей и отца закончилось с его смертью, которая последовала 15 июля 1015 года в княжеской резиденции в селе Берестово под Киевом.

Тело великого князя, завернутое в ковер и в соответствии с обычаем возложенное на сани, по свидетельству летописей, перевозят в Киев[6]. Здесь великого князя хоронят в каменной церкви Успения Пресвятой Богородицы (Десятинной), на которую он щедро жертвовал в течение всей жизни.

По свидетельству немецкого хрониста, Мерзебургского епископа Титмара, мраморный саркофаг великого князя стоял «на виду посреди храма»[7].

По смерти отца князь Святополк, как старший в роду, освобождается из заключения и занимает Киевский стол вопреки планам отчима, прочившего в наследники Бориса, одного из своих младших сыновей. Святополк раздачей щедрых даров пытается привлечь на свою сторону жителей Киева, тогда же он начинает кровавую борьбу против своих сводных братьев-Владимировичей.

Важно

Теперь обратимся к братьям Борису и Глебу. О них известно следующее. Борис (в крещении — Роман) Владимирович — девятый сын великого князя Киевского Владимира Святославича и некой княгини, «болгарыни».

Согласно Тверскому сборнику, составленному в 1534 году, он и его брат Глеб были сыновьями другой супруги князя Владимира Святославича — Анны, дочери Византийского императора Романа II (из Македонской династии; † 963).

По нелетописным данным, их мать звали Милоликой[8].

Дата и место рождения Бориса не известны; крещен он был в честь преподобного Романа Сладкопевца[9]. В детстве Борис был очень дружен с младшим братом Глебом (в крещении — Давид, в честь пророка Давида). Дата и место рождения Глеба также не известны.

Борис, наученный грамоте, читает жития святых, моля Бога о том, чтобы «ходить по их стопам». Братья любят творить милостыню, по примеру отца, о нищелюбии которого неоднократно сообщает летопись. Это же милосердие и кротость Борис проявляет и на княжении в своей волости, куда уже женатого («закона ради цесарьскаго и послушания ради отца»)[10], посылает его великий князь Владимир Святославич.

Сначала князь посажен отцом во Владимире-Волынском (на правом берегу Луги, правый приток Западного Буга), где Борис живет после женитьбы. Затем, по нелетописным данным, он владеет Муромом (на левом берегу Оки), но находится в Киеве. И наконец, с 1010 года великий князь переводит сына на княжение в Ростов (на северо-западном берегу озера Неро). Глеб с того же времени княжит в Муроме.

Весной 1015 года Борис находится в Киеве возле умирающего отца, так как «любимъ бо бе отцемь своимь паче всехъ». Великий князь посылает его во главе восьмитысячного войска отразить нападение печенегов.

Исторические источники сохранили портрет князя Бориса, настоящего воина, который «телъмь бяше красьнъ высокъ, лицьмь круглъмь плечи велице тънъкъ въ чресла очима добраама веселъ лицьмь, борода мала и усъ, младъ бо бе еще»[11].

Не встретив врагов, Борис поворачивает обратно и на расстоянии одного дня пути до Киева, на реке Альте (правый приток Трубежа, близ города Переяславля-Русского), разбив лагерь, узнает от посланца о смерти отца.

Его охватывает предчувствие, что старший брат его Святополк, который по праву старшего сел на Киевском столе, стремится погубить его. Но во имя братской любви, исполняя заповеди Христовы, Борис решает подчиниться брату и принять мученический венец, ибо власть и богатство преходящи.

Воеводы из его окружения, напротив, советуют ему идти в Киев, начать борьбу со старшим братом за Киевский стол и стать великим князем. Но Борис отказывается, не желая «възняти рукы на брата своего стареишаго»[12].

Дружина уходит от него и, вероятно, переходит на сторону Святополка, а Борис остается один, только со своими людьми: «и был тогда день субботний»[13].

Варяги пронзают мечом сердце князя Бориса (вверху); гроб князя

Бориса несут на погребение (внизу)

В своем шатре на берегу реки князь накануне гибели проводит ночь в молитве, потом молится и за утреней[14]. В воскресенье 24 июля его настигают убийцы, вышгородские «болярьце» во главе с неким Путшей, посланные Святополком. Убийцы врываются в шатер и пронзают Бориса копьями. Верный слуга его, Георгий, «родомъ угринъ (венгр. — Прим.

Совет

авт.)», пытавшийся прикрыть собой князя, убит на его груди. Обернув в шатер тело Бориса, злодеи кладут его на телегу и везут в Киев. В пути выясняется, что Борис еще дышит, и два варяга, Эймунд и Рагнар[15], приканчивают его мечами. Шапку князя Путша и другие убийцы представляют Святополку как доказательство свершения злодейства[16].

Погребают князя Бориса в Вышгороде, в 15 верстах севернее Киева, у деревянной церкви святителя Василия Великого, так как киевляне, по понятным причинам опасаясь его сводного брата Святополка, «не приаша его»[17].

Расправившись с Борисом, Святополк, глубина падения которого не знает пределов, решается на второе убийство — брата Глеба. Страх мести со стороны оставшихся в живых братьев, прежде всего Ярослава, опасения за свой престол и не в последнюю очередь дерзость отчаяния толкают его на это новое преступление.

Святополк посылает гонца к Глебу, чтобы обманом выманить его в Киев: «Поиди вборзе отець те зоветь не сдравить бо велми»[18].

По летописи и анонимному «Сказанию о святых мучениках Борисе и Глебе», князь едет водным путем, по Волге и Днепру, из своей волости, из Мурома в Киев.

Добравшись до Смоленска «в кораблици» и проплыв еще около трех верст вниз по течению, Глеб причаливает к левому берегу реки Смядыни (ныне высохла) при впадении ее в Днепр.

Неожиданно он получает известие из Великого Новгорода, от брата Ярослава, с предупреждением о готовящемся на него покушении. Это известие не останавливает его — он не хочет верить в злодейство брата Святополка.

По другой версии событий, согласно преподобному Нестору Летописцу, автору «Чтения о житии и погублении… Бориса и Глеба», в момент смерти отца Глеб находится в Киеве и бежит на север («сущю иному тамо врату святую»), спасаясь от Святополка. Он отплывает на корабле, доплывает до Смоленска (но только с юга) и также останавливается на Смядыни[19].

В понедельник, 5 сентября, являются посланные от Святополка убийцы.

Обратите внимание

Они захватывают корабль князя Глеба, и дружинник Горясeр, посланец братоубийцы Святополка, приказывает одному из людей Глеба, повару-предателю с характерным именем Торчин (то есть из торков, тюркского кочевого племени. — Прим. авт.

) зарезать своего князя. Тело князя погребается на берегу «межи двема колодама»[20], то есть по простому крестьянскому обычаю — в выдолбленных бревнах, а не по княжескому — в каменном саркофаге.

Убийцы поджидают князя Глеба
(вверху); убиение князя Глеба (внизу)

В конце того же или начале следующего 1016 года благоверный князь Ярослав Мудрый, собрав большую рать из тысячи варягов и трех тысяч новгородцев, идет на Святополка, горя желанием отомстить за невинноубиенных братьев. В Великом Новгороде остается посадник Константин Добрынич (умер после 1034 года).

Святополк, узнав о приближении Ярослава, в свою очередь, привлекает на свою сторону печенегов. Войска встречаются у города Любеча (на левом берегу Днепра) и, разделенные рекой, в течение трех месяцев выжидают, не решаясь начать битву. Накануне сражения Ярослав получает от своего осведомителя известие о том, что Святополк бражничает с дружиной.

Он переправляется через реку на правый берег и неожиданно нападает на противника. Из-за того, что озера, прикрывающие позицию Святополка, покрываются тонким льдом, печенеги не могут оказать ему помощь. Святополк терпит сокрушительное поражение и бежит в Польшу к своему тестю князю Болеславу I, причем его супруга попадает в плен к Ярославу.

А было тогда Ярославу 28 лет, замечает летописец[21].

Весной 1016 года Ярослав вступает в Киев и занимает отцовский престол. В 1017 году он заключает союз с германским императором Генрихом II против Святополка и Болеслава Храброго. В том же году идет к городу Берестье (на правом берегу Буга), где, по некоторым данным, закрепился Святополк. Тогда же наносит поражение подступившим к Киеву печенегам.

Летом 1018 года войско польского князя Болеслава, к которому присоединяется и Святополк, вторгается на Русь и 22 июля одерживает победу над Ярославом на реке Буг. Ярослав всего с четырьмя мужами бежит в Великий Новгород, намереваясь далее «бежати за море», однако новгородский посадник Константин Добрынич препятствует ему, а новгородцы «расекоша» его ладьи[22].

Желая продолжить войну с Болеславом и Святополком, новгородцы собирают деньги и нанимают большое войско. Между тем 14 августа противники Ярослава вступают в Киев.

Болеслав Храбрый посылает в Великий Новгород митрополита Киевского Иоанна I († около 1038) с предложением обменять свою дочь, находящуюся в плену, на родственников Ярослава, захваченных во время военных действий.

Рассказ Мерзебургского епископа Титмара уточняет их состав: «Там была мачеха упомянутого короля (вдова отца Ярослава, точное происхождение ее неизвестно. — Прим. авт.), его жена (ее имя Анна известно из поздних источников XVI века. — Прим. авт.

) и девять сестер; на одной из них, Предславе, которой он и раньше беззаконно добивался, забыв о своей супруге, женился старый распутник Болеслав». Ярослав отказывается от этого предложения и тогда же отправляет посольство в Швецию к шведскому конунгу Олаву Шётконунгу († 1022) с предложением создания антипольского военного союза23.

Строительство пятиверхой церкви (вверху); перенесение святых мощей

в новопостроенную церковь (внизу)

Важно

Тем временем, осенью того же года, между Болеславом и Святополком происходит ссора. Болеслав покидает Киев, забрав с собою награбленное добро, а также бояр Ярослава и его сестер. В начале 1019 года Ярослав выступает из Великого Новгорода. Узнав о его приближении, Святополк бежит из Киева к печенегам, а Ярослав вновь занимает Киевский стол[24].

В том же году Святополк вместе с большой печенежской ратью идет на Русь. В решающей битве на реке Альте, месте гибели брата Бориса, Ярослав одерживает полную победу.

Его противник бежит к Берестью и вскоре погибает страшной смертью, которой заслуживает по всем законам Божеским и человеческим.

Ярослав же, по словам летописца, «седе Кыеве утеръ пота с дружиною своею показавъ победу и трудъ великъ»[25].

Предположительно летом 1019 года великий князь Киевский Ярослав начинает собирать сведения о месте гибели своего брата Глеба. «По лете же единомъ (в 1020 году. — Прим. авт.

)»[26] различные свидетели сообщают о свете и сиянии на месте убийства на реке Смядыни.

Тогда Ярослав посылает в Смоленск священников с поручением отыскать тело Глеба; по обретении тело Глеба перевозят в Вышгород и погребают рядом с могилой брата Бориса у церкви святителя Василия, построенной еще отцом страстотерпцев.

Однажды на месте захоронения братьев прихожане видят над могилою святых «столпъ огньнъ» и слышат «ангелы поюща», а затем происходят два случая, ставшие началом народного почитания князей-страстотерпцев.

Один из варягов «въступи» по неведению на святое место, где были погребены князья, тогда из могилы вырвался огонь и опалил ноги того, кто неумышленно осквернил святое место[27].

Совет

Затем происходит второе знамение: церковь святителя Василия, рядом с которой находились могилы, сгорает, однако иконы и вся церковная утварь оказываются спасенными. Это воспринимается как знак заступничества страстотерпцев.

О случившемся докладывают Ярославу, который сообщает об этом митрополиту Иоанну I. Владыка пребывает «в усъмьнении», размышляя, можно ли доверять этому откровению. И наконец, митрополит приходит в «дьрзновени и въ радости», уверовав в чудо. Ярослав и митрополит решают вскрыть княжеские гробницы[28].

В Вышгороде, где стояла сгоревшая церковь, сооружается маленькая деревянная часовня («клетъка»), раки торжественно открываются, обретенные мощи, оставшиеся нетленными, источают благоухание. Гробы вносятся «въ ту храмину… и поставиша я надъ землею на деснеи стране»[29].

Вскоре происходят два новых чуда: хромец — отрок городского управляющего по имени Миронег исцеляется после призывания святых, а затем это же происходит с неким слепцом. Миронег сам сообщает об этих чудесах великому князю, тот — митрополиту.

Митрополит дает князю «добръ съветь богоугоден»: построить церковь во имя святых («церковь имя ею възградити»), что и делается. Затем мощи из «клетки», где они до сих пор покоились, переносят в новопостроенную пятиверхую церковь и там устанавливают.

День их перенесения, 24 июля, который совпадает с годовщиной гибели Бориса, объявляется днем общей памяти князей и вносится в церковный календарь. По случаю праздника великий князь Киевский Ярослав устраивает пир[30].

Перед нами подробный рассказ о канонизации святых во всех ее стадиях, что является редкостью в византийской и древнерусской литературе.

После первых чудесных знамений (огонь из могилы, пожар церкви, при котором не пострадало ее убранство и утварь), которые вследствие их неоднозначного характера не смогли быть сразу безоговорочно отнесены к подлинным чудесам, возникает предположение, не являются ли Борис и Глеб святыми. На этом основании мощи поднимаются и выставляются для местного, разрешенного Церковью, но официально еще не установленного почитания.

Обратите внимание

По прошествии некоторого времени и двух последующих чудес-исцелений, подробно задокументированных и заслуживших доверие митрополита, последний вместе с великим князем принимает решение о канонизации.

Во исполнение этого решения строится церковь во имя святых, устанавливается ежегодный праздник и составляется служба страстотерпцам, которая была или личным трудом митрополита Иоанна I, или произведением неизвестного автора, трудившегося по распоряжению Владыки.

Остается уточнить хронологическую деталь — год канонизации святых князей Бориса и Глеба. По свидетельству преподобного Нестора Летописца, исцеление хромого происходит в присутствии митрополита Иоанна I и великого князя Ярослава. Следовательно, чудо следует датировать самое позднее 1039 годом

Источник: https://www.mgarsky-monastery.org/kolokol/3953

Ссылка на основную публикацию